ГЛАВА 1

Весной 1992 года — помнится, это было в канун Пасхи — в моей жизни произошло необычайное явление. Бог начал разговаривать с вами. Через меня.

Позвольте мне объяснить.

Я был очень несчастен в тот период времени в личном, профессиональном и эмоциональном планах, и мне казалось, что жизнь моя не удалась. Имея сложившуюся годами привычку выражать свои мысли на бумаге в виде писем (которые я обычно так никогда и не отправлял), я взял объект моих откровений — желтый блокнот — и начал изливать свои чувства.

На этот раз, вместо того чтобы писать письмо другому человеку, с которым были связаны, как мне представлялось, мои мучения, я решил обратиться прямо к источнику, к самому главному мучителю. Я решил написать письмо Богу.

Это было злобно-страстное письмо, полное недоумении, передергиваний и порицаний. И с кучей гневных вопросов.

Почему моя жизнь не складывается? Как заставить ее наладиться? Почему я не могу найти счастья во взаимоотношениях с другими людьми? Неужели нормальные деньги будут избегать меня вечно? И наконец, крик души: чем. я заслужил такую жизнь, которая состоит из непрекращающейся борьбы?

К моему удивлению, в тот момент, когда я закончил выписывать последний из моих горьких безответных вопросов и уже приготовился отложить карандаш в сторону, моя рука осталась над бумагой, словно удерживаемая какой-то невидимой силой. Внезапно карандаш начал двигаться сам по себе. Я и понятия не имел, что собираюсь написать, но мне показалось, что я это сейчас узнаю, и решил не сопротивляться. На бумаге появилось...

Ты на самом деле хочешь получить ответы на все эти вопросы или просто выпускаешь пар?

Я моргнул... и затем мой разум нашел ответ. И я тоже написал его на бумаге.

И то, и другое. Конечно, я выпускаю пар, но если у этих вопросов есть ответы, то я чертовски уверен, что хочу их услышать!

Ты «чертовски уверен» во многом. Но не лучше ли быть «божественно уверенным»?

И я написал:

Как это понимать?

Не успев понять этого, я уже начал беседу... и при этом писал не столько от себя, сколько под диктовку.

Эта диктовка продолжалась три года, и в то время я и понятия не имел о том, к чему она приведет. Ответы на вопросы, которые я записывал на бумаге, не были мне известны вплоть до того момента, когда я записывал свой вопрос полностью и отгонял прочь мои собственные мысли. Часто ответы приходили быстрее, чем я мог записывать их, и я ловил себя на том, что черкаю каракули, лишь бы успеть. Когда меня смущали какие-то слова или я терял ощущение того, что они приходят из некоего внешнего источника, я откладывал ручку в сторону и уходил от диалога до тех пор, пока вновь не чувствовал себя вдохновленным — прошу прощения, но это единственное слово, которое подходит, — на то, чтобы вернуться к желтому блокноту и снова начать записывать.

Эти беседы продолжаются и сейчас, когда я пишу эти строки. И многое из этих бесед вы найдете на следующих страницах — страницах, которые содержат поразительный диалог, в который я поначалу не верил, затем решил, что он будет ценен только лишь для меня, но который — и теперь я это понимаю — предназначался не только мне. Он предназначался вам лично и каждому, кто придет к этому материалу. Ведь мои вопросы — это ваши вопросы.

Я хочу, чтобы вы приступили к этому диалогу как можно скорее, и то, что действительно важно здесь, — это не моя, а ваша история. История вашей жизни, которая привела вас сюда. И ваш личный опыт — это то, к чему применим данный материал. В противном случае вас бы не было здесь, сейчас, вместе с этой книгой.

Итак, давайте войдем в этот диалог с вопросом, который я задавал очень долго: «Как говорит Бог и с кем?» Когда я задал этот вопрос, вот какой ответ я получил:

Я говорю со всеми. Постоянно. Вопрос не в том, с кем я говорю, а в том, кто слушает.

Заинтригованный, я попросил Бога подробнее остановиться на этом предмете. Вот что он сказал:

Прежде всего, давай заменим слово говорить на слово общаться. Это понятие гораздо лучше, полнее, точнее. Когда мы стараемся разговаривать друг с другом — Я с тобой, ты со Мной, — мы немедленно оказываемся связанными невероятной ограниченностью слов. По этой причине Я не общаюсь только посредством слов. На самом деле Я делаю это редко. Мой наиболее излюбленный способ общения — посредством чувств.

Чувства — это язык души.

Если хочешь узнать, что истинно для тебя относительно чего бы то ни было, обрати внимание на то, что ты чувствуешь по этому поводу.

Иногда чувства трудно обнаружить, и часто еще труднее бывает признать их. И все же в твоих самых глубоких чувствах заключена твоя высшая истина.

Весь фокус в том, чтобы добраться до этих чувств. Я покажу тебе, как это сделать. Если ты хочешь.

Я сказал Богу, что хочу, но больше всего я хочу получить полный и законченный ответ на мои первый вопрос. Вот что сказал Бог:

Я также общаюсь посредством мыслей. Мысли и чувства — не одно и то же, хотя они могут иметь место в одно и то же время. В общении посредством мыслей Я часто использую образы и картинки. По этой причине мысли более эффективны, чем слова.

В дополнение к чувствам и мыслям Я также использую столь мощное средство общения, как опыт.

И, наконец, когда чувства, мысли и опыт не срабатывают, Я использую слова. Слова — наименее эффективное средство общения. Они наиболее открыты для неверных интерпретаций и чаще всего бывают поняты неверно.

Почему так? Дело в самой природе слов. По сути, слова — это лишь звуки, шумы, которые обозначают чувства, мысли и ощущения. Слова — это символы. Знаки. Эмблемы. Они не есть Истина. Они не есть нечто настоящее.

Слова могут помочь тебе понять что-либо. Опыт позволяет тебе знать это. При этом существует ряд вещей, которые нельзя испытать. Поэтому Я дал тебе другие средства познания. Они называются чувствами и мыслями.

Но высшая ирония заключается в том, что вы такое большое значение придали Слову Бога и такое малое — опыту.

Вы так мало целите опыт, что, когда посланное вам Богом испытание отличается от того, что вы услышали от Бога, вы автоматически отвергаете опыт и хватаетесь за слова — а ведь должно-то быть как раз наоборот.

Твой опыт и твои чувства по поводу любой вещи представляют то, что ты эмпирически и интуитивно знаешь об этой вещи. Слова могут только пытаться символизировать то, что ты знаешь, и часто могут исказить то, что ты знаешь.

Итак, таковы средства, при помощи которых Я общаюсь; но они не являются методами, поскольку не все чувства, не все мысли, не весь опыт и не все слова — от Меня.

Много слов было произнесено другими от Моего имени. Много мыслей и чувств было рождено без Моего прямого участия. Много опыта явилось результатом всего этого.

Проблема заключается в различении. Вся трудность — в том, чтобы различать послания от Бога и данные из других источников. Различение становится простым и легким, если придерживаться основного правила:

Моими всегда являются твои самые Высокие Мысли, твои самые Ясные Слова, твои самые Великие Чувства. Все, что меньше этого, — из другого источника.

Теперь задача различения становится простой — ведь даже для начинающего ученика не должно быть сложным выделить и признать в себе все самое Высокое, самое Чистое, самое Великое.

Но Я дам тебе еще и следующие наставления:

Самая Высокая Мысль — всегда та мысль, которая содержит радость. Самые Ясные Слова — те, что содержат истину. Самое Великое Чувство — то, которое вы называете любовью.

Радость. Истина. Любовь.

Все три взаимозаменяемы, и одно всегда ведет к другим. Не имеет значения, в каком порядке их помещать.

Пользуясь этими наставлениями, легко определить, какие послания — от Меня, а какие — из других источников. Вопрос лишь в том, будут ли замечены Мои послания.

Большинство из них проходят незамеченными. Некоторые — потому, что кажутся слишком хорошими, чтобы быть правдой. Другие — потому, что кажутся слишком сложными для следования. Многие — потому, что просто неверно истолковываются. Большинство же — потому, что не принимаются.

Самый мощный Мой посланник — опыт, но даже его тебе удается игнорировать. Именно его ты игнорируешь Особенно.

Твой мир не был бы таким, каков он сейчас, если бы ты просто прислушивался к своему опыту. Когда ты не прислушиваешься к своему опыту, ты в результате продолжаешь снова и снова переживать его. Ибо Мои планы не будут расстроены, как не останется неисполненной Моя воля. Ты непременно примешь послание. Рано или поздно.

Я, впрочем, никогда не буду заставлять тебя. Я никогда не буду принуждать тебя. Ибо Я дал тебе свободу воли — власть поступать так, как ты решаешь, — и я никогда во веки веков не отберу это право назад.

Но Я буду продолжать посылать одни и те же послания, снова и снова, на протяжении вечности, в каком бы уголке Вселенной ты ни находился. Я буду посылать Мои послания без конца, до тех пор, пока ты не примешь их, пока они не поселятся в тебе, до тех пор, пока ты не назовешь их своими.

Мои послания будут приходить в сотнях различных форм, в тысячи различных моментов, на протяжении миллионов лет. Ты не сможешь пропустить их, если действительно будешь слушать. Ты не сможешь игнорировать их, однажды истинно услышав. Так начнется наш разговор всерьез. Ведь в прошлом только ты обращался ко Мне, молился Мне, просил у Меня, умолял Меня. Теперь же Я могу отвечать тебе, в том числе и так, как делаю это сейчас.

Откуда я могу знать, что это общение — от Бога? Откуда мне знать, что это не плод моего воображения?

А какая разница? Разве ты не видишь, что Я так же легко мог бы общаться с тобой через твое воображение, как и через что-либо иное? Я пошлю тебе в любой момент времени самые нужные мысли, слова или чувства, точно соответствующие цели, используя одно средство или несколько.

Ты будешь знать, что эти слова — от Меня, потому что ты сам, если признаться честно, никогда не изъяснялся столь ясно. И уж если бы ты и говорил с той же ясностью когда-либо об этих вопросах, ты бы не задавал их сейчас.

С кем общается Бог? Являются ли эти люди какими-то особенными? Существуют ли особые для этого случаи?

Все люди — особенные, и все моменты драгоценны. Нет человека или мгновения более особенного, чем другие. Многие предпочитают думать, что Бог общается по особенному и только с особенными людьми. Это освобождает массу людей от ответственности за слышание Моих посланий и приятие их (это не одно и то же) и позволяет им принять на веру слова других. У тебя нет необходимости слушать Меня, коль скоро ты решил, что другие уже услышали от Меня обо всем на свете и тебе теперь нужно слушать их.

Слушая то, что другие люди, как им кажется, услышали от Меня, тебе вообще не придется думать.

Это самая главная причина, по которой большинство людей отворачивается от моих посланий на личном уровне. Если ты признаешь, что напрямую получаешь Мои послания, ты становишься ответственным за их истолкование. Значительно безопаснее и гораздо проще принимать истолкования, принадлежащие другим (даже тем другим, которые жили 2000 лет назад), чем стремиться понять послание, которое ты, вполне возможно, получаешь в этот самый момент.

И все же, я приглашаю тебя к повой форме общения с Богом. Общения в двух направлениях. По правде говоря, это как раз ты пригласил Меня. И Я явился к тебе в этой форме прямо сейчас, чтобы ответить на твой зов.

Почему кажется, что некоторые люди — взять, например, Христа, — слышат больше Твоих посланий, чем другие?

Потому, что эти люди действительно желают слушать. Они желают услышать, и они хотят оставаться открытыми к этому общению, даже когда оно выглядит пугающим, или безумным, или абсолютно неверным.

Нам следует слушать Бога даже тогда, когда сказанное кажется неверным?

Особенно тогда, когда кажется неверным. Если ты думаешь, что прав по поводу всего, какая нужда тебе тогда говорить с Богом?

Тогда иди вперед и действуй в соответствии с тем, что ты знаешь. При этом заметь, что вы поступаете именно так с начала времен. И посмотри, в каком состоянии находится сейчас мир. Ясное дело, вы что-то упустили. Очевидно также, что есть что-то, чего вы не понимаете. То, что вы понимаете, должно казаться вам верным, потому что понятие «верное» используется вами для определения чего-то, с чем вы согласны. А то, что вы упустили, вы предпочитаете считать «неверным».

Единственный путь, который остается, — это задаться вопросом: «Что бы произошло, если бы все, о чем я думал как о "неверном", в действительности являлось "верным"?» Каждый великий ученый знает это. Когда то, что делает ученый, не срабатывает, этот ученый откладывает в сторону все допущения и начинает заново. Все великие открытия были сделаны на основе желания и способности оказаться неправым. И это то, что здесь необходимо.

Ты не сможешь познать Бога до тех пор, пока ты не перестанешь говорить себе, что ты уже познал Бога. Ты не сможешь услышать Бога до тех пор, пока ты не перестанешь думать, что уже услышал Бога.

Я не смогу сообщить тебе Мою Истину до тех пор, пока ты не прекратишь утверждать, что уже знаешь ее.

Но моя истина о Боге исходит от Тебя.

Кто это сказал?

Другие.

Кто эти другие?

Правители. Министры. Раввины. Священники. Книги. Да, Боже мой. Библия, наконец!

Они не являются авторитетными источниками.

Не являются?

 Нет.

Тогда что является?

Слушай свои чувства. Слушай свои самые Высокие Мысли. Прислушивайся к своему опыту. И когда что-нибудь из этого будет отличаться от того, что тебе говорили твои учителя или что ты узнал из книг, — забудь слова. Слова — это наименее надежный проводник Истины.

Я так многое хочу сказать Тебе, так о многом хочу спросить... И не знаю, с чего начать. Например, вот: почему Ты не раскрываешь Себя? Если действительно есть Бог и Ты — это Он, почему Ты не раскрываешь Себя так, чтобы мы все могли бы понять это?

Я делал это много раз. И Я делаю это снова, прямо сейчас.

Нет. Я имею в виду неоспоримый акт откровения, который нельзя будет отрицать.

Например?

 Например, появись прямо сейчас перед моими глазами.

Я так и делаю, прямо сейчас.

Где?

Везде, куда бы ты ни посмотрел.

Да нет, я имею в виду так, чтобы это было неоспоримо, чтобы никто не смог отрицать этого.

На что бы это было похоже? В какой форме или каком виде ты бы хотел Моего явления?

В той форме и том виде, которыми Ты на самом деле обладаешь.

Это было бы невозможно. Дело в том, что у меня нет той формы или того вида, которые вы бы поняли. Я могу принять форму или вид, которые вы могли бы понять, но тогда все сделали бы вывод: то, что они видели, — это и есть единственная истинная форма Бога. А ведь, на самом деле, это будет лишь одна форма из множества.

Люди думают, что Я — это то, что они видят, а не то, что они не видят. Но Я — Великий Невидимый, а не то, чем Я выбираю быть в каждый новый момент. В определенном смысле Я являюсь тем, чем Я не являюсь. Я происхожу из неявленности и к ней всегда возвращаюсь.

Однако когда Я прихожу в той или иной конкретной форме, в которой, как Я думаю, люди смогут понять Меня, — люди приписывают Мне эту самую форму отныне и вовеки. И стоит Мне прийти в любой другой форме к другим людям — первые скажут, что Я не приходил ко вторым, потому что Я не был похож во второй раз на то, чем Я был в первый, и говорил не те же самые слова — как же это мог быть Я?

Понимаешь, поэтому-то и не имеет значения то, в какой форме и манере Я раскрываю Себя, — какую бы манеру я ни выбрал и какую бы форму Я ни принял, ни одна не будет бесспорной.

Но если бы Ты сделал что-то, что было бы свидетельством истины о том, кто Ты, вне сомнений и вопросов...

...всё равно кто-нибудь сказал бы, что это от дьявола или просто чье-то воображение. Или еще что-нибудь, но не Я.

Если бы даже Я раскрыл Себя как Бога Всемогущего, Владыку Неба и Земли, и стал бы передвигать горы, чтобы доказать это, — все равно кто-то сказал бы: «Это от сатаны».

И это так, как должно быть. Ведь Бог проявляет Божественное «Я» Божественному «Я» не через внешнее наблюдение, но через внутренний опыт. Когда внутренний опыт открывает Божественное «Я», внешние проявления излишни. А если необходимы внешние проявления, то внутренний опыт невозможен.

Если просят об откровении, оно не может быть явлено, ведь такая просьба сама по себе является утверждением, что просимое отсутствует и ничто от Бога в данный момент не открыто. Подобная установка рождает определенный опыт.

Ибо твоя мысль, чего бы она ни касалась, способна творить, и твое слово — продуктивно, и твои мысли и слова, вместе взятые, очень эффективно создают реальность. Поэтому ты будешь ощущать, что Бог сейчас не явлен: ведь, если бы Он был явлен, ты бы и не просил Его сделать это.

То есть, я не могу просить всё, что я хочу? Ты говоришь, что, молясь о чем-то, мы тем самым, отталкиваем это от себя?

Это вопрос, который задают веками, — и ответ на него давался всякий раз. Вы либо не слышите ответа, либо не хотите в него верить.

Этот вопрос снова получает ответ — в сегодняшних терминах, на современном языке:

Ты не будешь иметь то, о чем просишь, равно как и не сможешь иметь то, чего желаешь. Это потому, что твоя просьба сама по себе является утверждением отсутствия, и твои слова о том, что ты чего-то хочешь, работают только на то, чтобы произвести опыт отсутствия этого в твоей реальности.

Таким образом, правильной молитвой является не молитва-просьба, но молитва-благодарность.

Когда ты заранее благодаришь Бога за тот опыт, который ты выбрал пережить в своей реальности, ты, по существу, благодаришь за то, что есть... в действительности. Благодарность, таким образом, есть наиболее мощное заявление для Бога: подтверждение того, что еще до того, как ты попросил, — Я уже ответил.

Итак, никогда не проси. Выражай благодарность.

А что, если я заранее благодарен Богу за что-то, но это «что-то» никогда не происходит? Ведь это может привести к горькому разочарованию.

Благодарность нельзя использовать как средство манипулирования Богом, как инструмент, с помощью которого можно обмануть Вселенную. Нельзя лгать самому себе. Твой разум знает правду твоих мыслей. Веди ты говоришь: «Спасибо тебе, Боже, за то-то и то-то», совершенно ясно осознавая, что этого нет в твоей настоящей реальности, — не стоит ожидать, что для Бога эго будет менее ясно, чем для тебя, и что он создаст это для тебя.

Бог знает то, что известно тебе, и то, что знаешь ты, проявляется в твоей реальности.

Но каким образом тогда я могу быть истинно благодарным за что-то, чего, как я знаю, — нет?

Вера. Если все, что у тебя есть, — это вера размером с горчичное зернышко, ты сдвинешь горы с места. Ты узнаешь, что это так, потому, что Я сказал, что это так; потому, что Я сказал: даже прежде, чем ты испросишь, Я уже отвечу. Я сказал и говорил тебе любым доступным способом, через любого учителя, имя которого ты вспомнишь: что бы ты ни выбрал, если выбираешь во имя Мое, — будет так.

И все же многие люди говорят, что их молитвы остаются безответными.

Ни одна молитва — а молитва есть не более чем пылкое утверждение того, что есть, — не остается безответной. Каждая молитва, каждая мысль, каждое утверждение, каждое чувство — творит. Насколько горячо это воспринимается как истина — настолько это будет проявлено в твоем опыте.

Когда говорится, что молитва осталась безответной, в действительности происходит вот что: самое горячее слово — или чувство — начало действовать. Но вот что неплохо бы при этом знать, и в этом весь секрет: за мыслью всегда стоит другая мысль — мысль, которую можно назвать Организующей, или Контролирующей Мыслью.

Если ты просишь, шансы получить то, что, как тебе кажется, ты выбираешь, будут значительно меньше, поскольку Организующей Мыслью, стоящей за каждой мольбой, будет мысль, что у тебя сейчас нет того, о чем ты просишь. Эта Организующая Мысль становится твоей реальностью.

Единственной Организующей Мыслью, которая будет способна подавить эту, будет мысль, исходящая из веры: Бог обязательно даст всё, о чем просят. У некоторых людей есть такая вера, но у очень немногих.

Процесс молитвы становится значительно проще, когда вместо веры в то, что Бог всегда скажет «да» в ответ на любую просьбу, присутствует интуитивное понимание: в просьбе как таковой нет нужды. Тогда молитва становится молитвой благодарения. Она уже совсем не является просьбой, но утверждением благодарности за то, что есть.

Когда ты говоришь, что молитва — это утверждение того, что есть, подразумеваешь ли Ты, что Бог ничего не делает и всё, что происходит после молитвы, является результатом действия самой молитвы?

Если ты веришь в то, что Бог — это некое всемогущее существо, которое, слыша все молитвы, на одни отвечает «да», на другие — «нет» и «может быть, но не сейчас» — на все остальные, то ты заблуждаешься. Как Бог должен решать? По какому правилу?

Если ты веришь, что Бог — создатель и вершитель всего в твоей жизни, ты заблуждаешься.

Бог — наблюдатель, а не создатель. И Бог готов помогать тебе в том, чтобы ты жил своей жизнью, но не так, как ты, может быть, ожидаешь.

Создавать или не создавать жизненные обстоятельства или условия твоей жизни — это не функция Бога. Бог создал тебя по образу и подобию Своему. Ты создал всё остальное властью, данной тебе Богом. Бог создал процесс жизни, жизнь саму по себе, какой ты ее знаешь. При этом Бог дал тебе свободу выбора — ты волен делать со своей жизнью все, что ты захочешь.

В этом смысле то, что ты желаешь для себя, есть то, чего Бог желает для тебя. Ты живешь так, как ты живешь, и у Меня нет предпочтений в этом вопросе.

И величайшей иллюзией, в которую ты погружен, является то, что Богу небезразлично, как и что ты делаешь.

Мне всё равно, что ты делаешь, как бы ни тяжело тебе было слышать это. Скажи, не все ли тебе равно, что будут делать твои дети, когда ты отправляешь их погулять? Будет ли для тебя важно, в какой последовательности они станут играть в салочки, прятки и дочки-матери? Нет — потому что ты знаешь, что они в полной безопасности. Ты отправил их в среду, которую считаешь дружественной и благополучной для них.

Конечно, ты всегда будешь надеяться, что они не причинят себе вреда. И если вдруг это случится, ты будешь тут как тут, чтобы помочь им, исцелить их и позволить им снова чувствовать себя в безопасности, снова быть счастливыми и снова идти играть. Но выберут ли они прятки или дочки-матери на следующий день — это все так же не будет иметь для тебя никакого значения.

Конечно, ты предостережешь их от опасных игр. Но ты не сможешь удержать своих детей от того, чтобы они делали опасные вещи. Не всегда. Не до бесконечности. Не в каждый новый момент их жизни с рождения до смерти. И мудр тот родитель, кто знает это. При этом родитель всегда продолжает беспокоиться о результатах. В этой двойственности — отсутствии беспокойства за процесс и глубоком беспокойстве за результат — есть то, что приближает к пониманию двойственности Бога.

При этом Бог — по большому счету — не беспокоится и о результате. Не об абсолютном результате. Потому что абсолютный результат — обеспечен.

И это втор